August 18th, 2013

2013.Апрель.

Криптограммы Бейла.

В 1820 году в Вирджинии незнакомец Томас Бейл оставил на хранение в отеле коробку с важными документами. Когда через 12 лет стало ясно, что хозяин бумаг не вернется, Роберт Моррис открыл ящичек...
Р.Моррис уроженец штата Мэриленд США начинал свою карьеру в качестве оптового торговца табаком в Линчберге, штат Виргиния, и первоначально весьма преуспел, сколотив значительное состояние и значительно расширив свою торговлю, бывшую вначале достаточно скромной. Впрочем, колебание цен на табак и его собственная склонность к несколько авантюрному ведению бизнеса, в достаточно скором времени привели его к почти полному разорению.

Вынужденный вновь начинать с нуля, Моррис, однако же, благодаря своему добродушному характеру и «непоколебимой честности» сумел сохранить дружбу многих видных горожан, пришедших к нему на помощь в тяжелую минуту. На оставшиеся и занятые деньги он сумел арендовать на десять лет гостиницу «Арлингтон», а когда дело пошло на лад, и эта гостиница стала одной из лучших в городе, также взял в аренду «Вашингтон-отель», где его постояльцем и стал человек по фамилии Бейл.

"В нем было около шести футов роста, - вспоминал Роберт Моррис о Томасе Джефферсоне Бейле - глаза – агатово-черные, волосы того же цвета, надо сказать, прическу он носил чуть длиннее чем полагалось по тогдашней моде. Он был хорошо сложен и крепко сбит, весь его вид говорил о необычайной силе и энергичности, при том, что кожа у него была обветренной, темной и грубой, выдубленной от солнца и ветра, однако, это никоим образом не портило его. Я думал про себя, что более видного человека мне ещё не приходилось встречать."
File:Anonymous portrait of Jean Lafitte, early 19th century, Rosenberg Library, Galveston, Texas.JPG
Если верить брошюре, человек по имени Томас Дж. Бейл, охотник на бизонов, впервые появился в Линчберге, штат Виргиния в январе 1820 года «в поисках отдыха и развлечений» в сопровождении двух друзей, вскоре уехавших, и оставался в гостинице Морриса вплоть до начала марта.Collapse )
Новая Русская Литература

ИСТОРИЯ ШОТЛАНДИИ - СВОБОДА ДОРОЖЕ БОГАТСТВА!

Шотландия – страна моих мечтаний и снов. И вот недавно моя мечта сбылась – я посетил Шотландию.



Многие русские не могут объяснить своей любви к Шотландии.
Если бы в детстве меня спросили, в какую страну мира я хочу поехать, я бы не задумываясь ответил – в Шотландию! Почему, сам не знаю.
В школе я изучал английский, знал о Роберте Бёрнсе, читал Стивенсона и Вальтера Скотта.
Впервые я увидел Шотландию в фильме «Фантомас против Скотланд-Ярда». Мне понравился фильм «Горец», но самое сильное впечатление оставил фильм «Храброе сердце».
Свободолюбие шотландцев у многих вызывает удивление.
Почему шотландцам независимость дороже благополучия? В чём метафизическая тайна этого древнего народа?

Collapse )
  • doc321

Имперский мост в Вене, война, генетика по-советски

Оригинал взят у doc321 в Имперский мост в Вене, война, генетика по-советски
Тогда мы еще не знали, что дунайский канал, не смотря на свое название (канал) является естественным рукавом Дуная и не стоит тратить драгоценное время на поиски настоящей венской реки. Нужно было пойти в бар и выпить шнапса, или поискать австрийский свингер-клуб, рекламу которого мы нашли в гостинице. Но, нет – нас тянуло к большой реке, а Дунайский канал никак не соответствовал нашему пониманию «большой». Что же это за Дунай, шириной всего каких-то пятьдесят метров. Это больше похоже на канализацию, только судоходную. Именно поэтому мы оставили Donaukanal за спиной и двинулись на запад, туда, где, по нашему мнению находилась по-настоящему большая вода. Тогда мы еще не знали, что эта прогулка познакомит нас с историей жизни Большого еврейского Человека с русской душой, с трагедией советской генетики, с историей подлости и предательства. И знакомство это начнется в Австрии, в Вене…

Часть первая. Имперский мост
Мы шли пешком по роскошным улицам старой, имперской Вены, перемешанной с постройками нового времени. Мы часто останавливались возле витрин магазинов, нас задерживал каждый встречный светофор и к Дунаю мы вышли уже в сумерках, в то время - когда еще светло, но Вена уже зажигает свои огни, освещая соборы и проспекты. Мы подошли к набережной в районе большого моста, который, как я узнал позже, когда-то был жемчужиной Вены. Имперский мост (Reichsbrücke) - многие и сегодня считают его одной из главных достопримечательностей Вены, но в тот вечер, мы не заметили особой красоты, и душа наша не захлебнулась в восторге. Мост, как мост - железные перила, бетонная пешеходная дорожка, граффити сомнительного качества на стенах. Имперский мост огромен, внутри него проходит линия метро, сверху ревут, сигналят десятки машин, но одновременно с этим, его пешеходная часть холодна, угрюма и пустынна. Одинокий велосипедист и желтые пятна редких фонарей не смогут разогнать тоску, которую навевает это сооружение осенним вечером. Впрочем, возможно в тот день мы просто были слегка уставшими, а мост не так уж и печален и, что наверняка - с него открывался прекрасный вид на Дунай. А то, что при виде моста, вернее его пешеходной части, вспоминается девятиминутная сцена изнасилования Моники Беллуччи в подземном переходе (сцена из фильма «Необратимость»), так, кто знает, может быть, это специфика моего восприятия.


Имперский мост сегодня. Сбоку моста видна пешеходная часть

Как бы то ни было, сегодня окрестность Имперского моста, что в Вене, довольно безопасное место для туриста. И среднестатистическому обывателю в голову не может прийти мысль о том, что шестьдесят лет назад здесь люди убивали людей, причем массово и с особой жестокостью.

Часть вторая. Война
Весной сорок пятого года советские войска подошли вплотную к Вене и ввязались в бои за ее пригороды. Готовясь к обороне города, немцы взорвали все мосты через Дунай, за исключением Имперского. Этот мост обеспечивал переброску войск с западной части Вены на восточную сторону. Другими словами, он являлся одним из ключевых мест подготовленной немецкой обороны, и в случае подхода к нему советских войск Имперский мост должен был быть взорван. Уничтожение единственного моста через такую мощную водную преграду вынудило бы советские войска форсировать Дунай с помощью подручных плавсредств под плотным огнем противника, что повлекло бы огромные потери среди личного состава войск.
Попытки прорваться к мосту с восточной стороны 9-го и 10-го апреля успеха не имели. В связи с этим было принято решение высадить на него десант со стороны реки. Утром 11-го апреля группа советских бронекатеров, маневрируя между затопленными кораблями и остатками взорванных мостов, под огнем противника, доставила к Имперскому мосту роту десантников, усиленную одним орудием и четырьмя станковыми пулеметами. Десантники с боем овладели мостом, обезвредили взрывчатку и заняли круговую оборону. Практически сразу немцы, подтянув к мосту орудия, танки и минометы, начали атаковать десант с двух сторон. Бои за Имперский мост отличались особой жестокостью, что, в принципе, не характерно, для последнего этапа войны (понимая, что война проиграна, немецкие солдаты стремились при возможности уклониться от боя, отступить и таким образом выжить). 11 апреля 1945 года, на Имперском мосту и немецкие и советские солдаты сражались, как обреченные на смерть. Советские бойцы не смогли бы удержать мост, если бы советская артиллерия не поддержала десант огнем по близлежащим территориям, не прекращавшимся ни днем, ни ночью. Десантники с напряжением всех сил отбивали атаки в течение почти двух суток. В ночь с 12-го на 13-ое апреля к окруженным остаткам роты смогли пробиться бойцы 7-ой гвардейской воздушно-десантной дивизии, но после этого прорыва, накал боев достиг наивысшего предела. Всю ночь шли яростные уличные бои за обладание мостом, и к утру 13 апреля десант находился на грани уничтожения. Однако в этот момент к окруженным бойцам прорвались морские пехотинцы, а еще через некоторое время шестнадцать советских самоходок, разрезав восточную немецкую группировку, заняли оборону в районе Имперского моста. Немцы начали отступление, на следующий день Вена была освобождена.


Имперский мост в 1976 году. Его спасли в сорок пятом, но ночью 1 августа 1976 года он все же рухнул, похоронив под собой водителя грузовика. Движение по новому мосту началось лишь в 1980 году.

Алексей Чхеидзе. Участник тех событий. Так выглядел он тогда, в 18 лет.

Алексей Чхеидзе. Участник тех событий. Таким он стал в результате войны. Без рук, полностью слепой, глухой и почти никому не нужный.

Часть третья. Офицер – Иосиф Абрамович Рапопорт
В том бою принимал участие советский офицер - Иосиф Абрамович Рапопорт. Он был среди бойцов гвардейской дивизии, подошедших к мосту в ночь на 13 апреля. Что это был за человек?
Иосиф родился в Чернигове, перед войной получил кандидатскую степень по биологии. Работал в области генетики. С первых дней войны Рапопорт уходит добровольцем на фронт, дважды он будет тяжело ранен, потеряет свой левый глаз. В перерыве между боями, во время лечения в одном из госпиталей, он защитит докторскую диссертацию и станет доктором наук. Одним из достижений Иосифа Рапопорта, возможно, главным его достижением, станет открытие химических мутагенов – веществ, обладающих сильными мутагенными свойствами.


Член-корреспондент Академии Наук СССР И.А. Рапопорт

Какой характер был у этого человека? Вот, как его характеризовали современники. Советский и российский биофизик С.Э. Шноль так вспоминает об Иосифе Рапопорте:
«Исай Израилевич Презент (это фамилия – авт.) — главный идеолог безграмотного Лысенко. Презент — человек блестящий. Как красиво и пламенно он говорит. Как резко и соответственно стилю собрания, как грубо и демагогично его выступление! … Как он беспардонен и мелок! Как он, упоённый собой, был неосторожен. Он повторил часть текста, вставленного им ранее в доклад Лысенко. Он сказал, «когда мы, когда вся страна проливала кровь на фронтах Великой Отечественной войны, эти муховоды…». Договорить он не сумел. Как тигр, из первого ряда бросился к трибуне Рапопорт — он знал, что такое «брать языка». Презент на войне не был — он был слишком ценным, чтобы воевать — там же могут и убить… Рапопорт был всю войну на фронте. С чёрной повязкой на выбитом пулей глазу он был страшен. Рапопорт схватил Презента за горло и, сжимая это горло, спросил свирепо: «Это ты, сволочь, проливал кровь?» Ответить почти задушенному Презенту было невозможно».
Пожалуй, лучше, о характере Рапопорта и не скажешь, да и не надо. Но, возможно, следует пояснить читателю, о каком конфликте идет речь в воспоминаниях Симона Эльевича Шноля. Дело в том, что в тридцатых - пятидесятых годах прошлого века была уничтожена советская школа генетики. Некоторые ученые были репрессированы (самый известный пример – российский и советский ученый-генетик Николай Иванович Вавилов, умерший в тюрьме в 1943 году), многие были уволены со своих постов или в принудительном порядке сменили сферу своей деятельности. К примеру, Иосиф Рапопорт в период с 1949-го по 1957-ой вынужден был заниматься палеонтологией и стратиграфией. В разгроме отечественной школы генетики одну из главных ролей сыграл товарищ Трофим Лысенко и его команда псевдо ученых (в том числе и И.И. Презент, тот, что в цитате).

Часть четвертая. Последняя
Трофим Денисович Лысенко – крестьянин из украинской семьи, не умевший читать и писать до 13 лет, в тридцатых годах прошлого века основавший псевдонаучное направление в биологии – «мичуринскую агробиологию» и приложивший огромные усилия к уничтожению советской классической генетики. Он же трехкратный лауреат сталинской премии и директор Института генетики АН СССР с 1940 по 1965 годы. Пользовался исключительной поддержкой «отца всех народов» и главного «кукурузника» страны. Степень вреда от деятельности его команды трудно переоценить и последствия его «работы» ощущаются и сегодня. Как могла сложиться подобная ситуация? Секрет успеха данных товарищей довольно прост. Трофим Лысенко, как и его правая рука Исай Презент – закаленные карьеристы, отличные ораторы и PR-щики, прекрасно разбирающиеся в экономико-политической конъюнктуре страны того времени.

В тридцатых годах прошлого столетия перед руководством Советского Союза стояли серьезные задачи по увеличению производительности используемых сельскохозяйственных площадей. Этой же проблемой, в частности, занимались генетики, путем выведения новых сортов, например, пшеницы. К сожалению, получение нового сорта занимало довольно длительный период времени - порядка десяти лет. Лысенко пообещал стране новые сорта менее, чем за два года. Он основал советское, родное направление в биологии – «мичуринскую агробиологию» (к Мичурину, не имеющую никакого отношения), противопоставив его «буржуазной» классической генетике. К сожалению, новое направление в действительности оказалось псевдонаучным. В частности, Лысенко не признавал очевидности законов Менделя. Помните, в цитате И.И. Презент упомянул «муховодов». Это он именно о законах Менделя и об опытах, проводимых на мухах-дрозофилах. Вполне естественно, что в очень скором времени, деятельность «лысенковцев» подверглась критике со стороны генетиков. Тогда, в борьбе со своими научными противниками, «лысенковцы» стали использовать политический контекст и старый проверенный способ – доносы. Сложившуюся ситуацию прекрасно проиллюстрировал Андрей Макаревич и группа «Машина времени» в песне «Бурьян породил бурьян»:

«Несогласные шли мишенями в тир,
Для любого была готова стенка.
Нас учил изменять окружающий мир
Академик — товарищ Трофим Лысенко.
И пахан, от обмана пьян
Ожидал чудес от земли и неба,
Но бурьян породил бурьян,
Из бурьяна не выросло белого хлеба».


Благодаря деятельности «лысенковцев» советской школе генетики был нанесен огромный урон, что обусловило дальнейшее отставание Советского Союза в этой отрасли от других развитых стран. В частности, сегодня во всем цивилизованном мире, для борьбы с ранее считавшимися неизлечимыми заболеваниями, широко применяются биофармацевтические препараты – лекарственные средства, созданные с помощью достижений генной инженерии. То, что в развитых странах делают уже более двадцати лет – в Украине не знакомо широкому потребителю и сегодня. Во-первых, это очень дорого, мы не можем купить подобные лекарственные средства, во-вторых, биофармация, очень наукоемкая отрасль, требующая не только новейшего дорого оборудования, но и участия хорошо подготовленных специалистов, которых у нас нет, а о тех, кто еще остался уже никто не помнит.

Пока были живы Иосиф Рапопорт и ученые, подобные ему – советская (российская, украинская) наука была на уровне. Но, И. А. Рапопорт умер в 1990 году, он умер, а «лысенковцы» остались. Нет, конечно, не конкретно те, о которых мы писали здесь, но их дети, знакомые, новые поколения карьеристов. Эти люди имеют кандидатские, докторские степени наук, они занимают высокие руководящие должности. С развалом Советского Союза они не исчезли, не оставили своих кресел, но сменили лозунги и костюмы. Я думаю, вы и сами встречали парочку подобных «ученых» среди директоров крупных предприятий, топ-менеджеров и владельцев крупных (и не очень) бизнесов. Сегодня модно иметь научную степень, и, кстати, недорого сто̀ит – кандидатская обойдется вам от четырех до восьми тысяч долларов, как договоритесь. Вот так и живем, кандидаты, доктора наук у нас есть, причем много, а науки нет, а та, что есть, стоѝт на паперти или на панели.


Товарищ Трофим Лысенко

«Лысенковцы». В первом ряду слева сидит И.И. Презент, в центре – Т. Д. Лысенко. Сравните с фото Иосифа Рапопорта