Shon (redshon) wrote in history_ru,
Shon
redshon
history_ru

2 мая 1999. Умер Дьяконов

Originally posted by banshur69 at 2 мая 1999. Умер Дьяконов
Игорь Михайлович Дьяконов умер 13 лет назад. Его провожали в крематории, потом подхоронили к матери на Богословское кладбище. Никто, кроме родственников, там не бывает. Дьяконовские чтения проводятся тихо и не печатаются. Ни разу на них не было телевидения. Биография Дьяконова написана им самим, и второй раз за его жизнь никто браться не будет. Единственный фильм о Дьяконове снят его младшим сыном. Телепередач о нем не было никогда. На его доме нет и не будет мемориальной доски, поскольку он не сподобился стать академиком. А может, и по другой причине: будучи гением, не стал городским мифом.
За 13 лет равной ему фигуры в изучении Древнего Востока не появилось. И появиться не могло. Последние ассириологи-энциклопедисты, десять лет назад ушедшие в отставку, в весьма преклонных годах доживают свой век эмеритусами в Англии и в Германии. Что касается России, то сфера деятельности Дьяконова была поделена на три части: лингвистикой занимаются в РГГУ, политическую историю древнего Ближнего Востока успешнее всего изучают на кафедре древнего мира МГУ и в Институте всеобщей истории, а религия и ментальность - одинокий удел впс. Дьяконовым никто не стал и уже не станет - слишком разошлись и разрослись научные специализации. Ошибки Дьяконова будут исправлены, достижения его утонут в море объективной научной информации, поскольку они не носят его имени.
А вот столетие Льва Гумилева будет отмечаться очень пышно и на всероссийском уровне. У Гумилева есть музей-квартира, о нем написаны сотни работ, его чтят во всех тюркских областях России и в Казахстане. Изобретатель мифа стал мифом сам. Придуманные им словечки "пассионарность", "химера этноса", "этническая комплементарность", неуютно ощущавшие себя в научных аудиториях, вошли в газеты и журналы, в речи политиков и публицистов. Гораздо проще выучить восемь фаз этногенеза и несколько эпох пассионарности, чем знать историю хотя бы одной страны.
Дьяконов презирал Гумилева и не удостаивал его теории ответом. Он говорил, что Гумилев это такой Лысенко, который в силу обстоятельств не получил власти, и потому не смог сделать людям максимальное зло, хотя науке он это зло причинил. И тем не менее, факт остается фактом: 90-летний и 95-летний юбилеи Дьяконова прошли для страны безмолвно, а о каждом юбилее Гумилева говорили шумно и с надрывом. Почему? Потому что в России человек, чтобы его помнили, должен оставить по себе - в буквальном смысле - новое слово. Или переосмыслить старые слова. После Бахтина остались диалог-карнавал-хронотоп, Шкловский запомнился "остранением", после Проппа остались сказочная схема и понятие обращенного обряда, Топоров остался идеей "основного мифа индоевропейской мифологии", "петербургским текстом" и мифологемой Древа Жизни. Дьяконов - историк, лингвист, переводчик, -  увы, не оставил своего слова в русской культуре. Поэтому на дальней дистанции памяти он проиграл Гумилеву. Вот такой парадокс.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments